align=left>
А вот офицеры, вместо того, чтобы оказывать помощь пострадавшим,
убежден телеоператор А.Харкалис, “бегали и вырывали у людей
из рук фотоаппараты и видеокамеры”. Андрей рассказывает, что
его чуть не избили, запрещая снимать то, что происходит на
аэродроме после того, как самолет рухнул на землю.

По состоянию на сегодняшнее утро восемнадцать человек, находящихся
в больницах Львова, балансируют на грани жизни и смерти. Несколько
тел погибших остаются неопознанными.

***

В.Сердюченко, Львов, Украина, специально для "ПРАВДЫ.Ру":
Я трудился у компьютера, как вдруг над нашим домом раздался
самолетный рёв. Помню, даже мелькнула мысль: "все там
будем". Но рёв внезапно оборвался, и я продолжил стучать
по клавиатуре.

Прозвучал телефонный звонок. Рыдающий женский голос потребовал
к телефону моего сына (врача "Скорой помощи"). Я
отвечал, что он на даче. Бросили трубку. Затем позвонили в
дверь. Я открыл и увидел сбегающего по лестнице соседа-пенсионера.
Ничего не понимая, я последовал за ним. На улице творилось
что-то невообразимое. Людской водоворот, санитарные и пожарные
машины – все это бежало и неслось по направлению к Летному
полю (аэродром в полукилометре от нашего микрорайона).


Я тоже пошел и побежал. До сих пор трясет от того, что я увидел.
Искореженные самолеты, машины, вертикальные столбы огня и
дыма и фрагменты тел по всему полю. То, что минуту назад дышало,
смеялось, аплодировало, превратилось в обгоревшее и стонущее
человеческое мясо, всё кругом шаталось и плыло, трещало, взрывалось,
выстраивались какие-то охранные цепочки из милиционеров и
работников аэропорта, но они сами вряд ли понимали, кого и
от чего они охраняют. Не буду изображать из себя героя: я
тоже пару раз терял сознание и дотащился домой на ватных ногах.

Так неожиданно и страшно закончилось авиашоу, устроенное
новыми украинскими вояками. Местный авиационный корпус вздумал
отпраздновать свой юбилей – и вот результат. Как назло, стояла
прекрасная солнечная погода, многие львовяне привели с собой
детей, чтобы и те могли полюбоваться мастерством своих поднебесных
защитников. И защитнички не подвели. Устроили высший пилотаж,
в результате которого отправили на тот свет 83-х соотечественников-подзащитных.
Пишу эти строки в воскресенье, через сутки после проклятого
авиашоу, ставшего апокалиптическим авиашоком. Городские морги
и больницы забиты, журналистам милицейский заслон, но врачом
"Скорой помощи" работает не только мой сын, но и
жена. Что они рассказывают, забегая на пару часов домой –
это непостижимо уму, и я даже не могу (потому что не умею)
передать их рассказов. Их тоже трясет и шатает. А ведь у одного
двадцать, а у другого сорок лет беспрерывного медицинского
стажа, и оба насмотрелись на своем профессиональном веку такого,
что нам с тобой, читатель, не снилось.